Хар Мегиддо — место, где география переходит в эсхатологию. Холм, хранящий культурные слои десятков исчезнувших цивилизаций, в массовом сознании превратился в синоним конечной точки истории.

Эта серия — исследование не будущего апокалипсиса, а физической ощутимости времени. Через оптику аналоговой фотографии, где сама плёнка поддаётся химическому и механическому распаду, Мегиддо проявляется не как арена финальной битвы, а как пространство непрерывного угасания и пересборки материи. Здесь финал — это не мгновенный взрыв, а тихая, въевшаяся в сухую землю эрозия памяти.

Я ехала туда без четкого понимания, что и как буду снимать. Но природа и сами обстоятельства всё сделали за меня. Вокруг — никого, только я и мои камеры. День начинался солнечно, как вдруг стихия развернула ту самую библейскую битву: небо рассеклось надвое. Тяжёлые грозовые тучи столкнулись со светлым небом, и этот свет заливал долину снизу. Зрелище, от которого перехватывает дыхание.